Одним из главных достоинств рынка либералы считают свободу выбора: "У рынка есть свои минусы, но все же плюсов больше и главный - свобода выбора". Это утверждение ложно, так как свобода выбора в условиях рынка существует не для всех и число людей, для которых она существует, все более уменьшается по мере развития рынка.
Конечно, на прилавке могут быть выставлены двести сортов сыра, но если у вас нет денег, то вы не можете выбрать ни одного, - свобода выбора для вас, в этом случае, отсутствует. Свобода выбора в условиях рынка существует только для тех, у кого есть деньги для осуществления этой свободы. Пролетарий получает минимум, необходимый для сохранения его работоспособности и воспроизведения детей - будущих пролетариев. Выбор его крайне невелик, - из огромного множества возможностей он ВЫНУЖДЕН выбирать вполне стандартные экономные вещи. Он ВЫНУЖДЕН оплачивать дешевое жилье в пролетарском районе. Он ВЫНУЖДЕН оплачивать общественный транспорт на одних и тех же маршрутах между домом и работой. Он ВЫНУЖДЕН оплачивать питание, состоящее из стандартного набора продуктов+ И выбор между теми или иными продуктами у него гораздо уже, чем эти продукты представлены на прилавке.
В итоге оказывается, что его выбор даже меньше, чем в условиях плановой экономики. Например, советский рабочий мог выбирать: провести ему отпуск на Рижском взморье, в кавказских здравницах, +, в местном пансионате или на даче. А теперь ему приходится выбирать: сидеть дома перед телевизором или податься дикарем загород. Можно, конечно, и этот выбор назвать свободой, но нельзя считать такую свободу "плюсом рынка".
Согласно идеологам рыночной экономики пролетарий может найти высокооплачиваемую работу и жить лучше. "Не можешь найти такую работу? Учись - благо на рынке полно учебных заведений и литературы". Но это неправда, так как в условиях рынка свобода выбирать работу у пролетария гораздо более ограничена, чем в условиях плановой экономики. При капитализме рабочий вынужден соглашаться на ту работу, которая есть. И вынужден держаться за ту работу, которая есть. А в советское время он мог поменять работу с легкостью. Проблема капитализма - безработица, - т.е. отсутствие работы. Проблема социализма - текучесть кадров, т.е. "излишняя" свобода выбирать и менять работу.
В условиях рынка работодатель-капиталист имеет возможность выбирать себе работников и переманивать их у конкурентов, а вот работник-пролетарий не имеет возможности выбирать работодателя и не может покинуть имеющегося (если он имеется), раз хочет существовать сколько-нибудь сносно. Так что и здесь плановая советская экономика предоставляла рабочему гораздо большую свободу выбора.
Буржуазный обыватель не в состоянии понять этого, так как в силу своей индивидуалистической природы не может подняться выше собственной личности: "Хотите больше зарабатывать - овладевайте редкой специальностью и вперед". Эта "романтика капиталистического труда" подкрепляется чудесными историями о том, как некий пролетарий "своим трудом выбился в люди". Причем зачастую оказывается, что этот пролетарий вовсе не пролетарий, либо выбился не своим трудом, либо вообще никуда не выбился. Но даже если какая-то история оказывается верной от начала до конца, она все равно ничего не доказывает, так как является случайным отступлением от общего правила.
Дело в том, что редкая специальность потому и является РЕДКОЙ, что не является массовой. Только РЕДКИЕ люди могут владеть редкой специальностью, а подавляющее большинство людей владеют МАССОВЫМИ специальностями и иначе быть не может. Позиция: "Пусть РЕДКИЕ специалисты живут хорошо, а ОСТАЛЬНЫЕ - живут, как могут", - это эгоистическая и даже с буржуйской точки зрения недальновидная позиция в силу двух причин: 1) "остальные" тоже хотят жить хорошо и 2) редкий специалист завтра перестанет быть редким и станет таким же, как все.
Что мешает пролетарию сменить работодателя? Рынок труда и сопутствующие ему "прелести": резервная армия труда, безработица, конкуренция между рабочими. Рабочий массовой специальности (т.е. представитель большинства рабочих) в отличие от "редкого специалиста" не может предложить капиталисту Х: "если вы повысите мою зарплату, я уйду от капиталиста У и буду работать у вас". Заработок этого рабочего определяется рынком труда и от данного рабочего не зависит. Он может уйти от У и попытаться устроиться к Х. Но при этом он, скорее всего, ничего не приобретет. Зато рискует остаться вообще без работы, так как не факт, что Х возьмет именно его, а не другого из десятка желающих.
Причем, в ходе концентрации капитала эта ситуация еще более усугубляется. Выбор работодателя (потребителя данной профессии) все более ограничивается считанным набором монополий, устанавливающими сходные условия работы, и спорить с которыми становится все труднее. Все это заставляет людей всячески держаться имеющейся работы, даже при ухудшении условий этой работы.
Точно такая же ситуация и с образованием. В условиях социализма рабочий мог отправить своих детей учиться в ВУЗ. Сейчас не может, так как не может много потратить на элитную школу и репетиторов для своего ребенка. Не может осилить обучение по контракту. В итоге его ребенок оказывается в заведомо проигрышном положении в сравнении с детьми богатых родителей. Именно в неравенстве стартовых условий жизни коренится неравенство возможностей, а вовсе не в том что "пиво сосать по подъездам проще, чем учиться". Тем более что "пиво в подъездах" - это, в значительной степени, не есть результат сознательного выбора пьющих, а есть,
во-первых, - психологическая реакция на свою социальную неустроенность;
во-вторых, - норма поведения в данной социальной среде, и
в-третьих, - результат тотального внушения со стороны СМИ, - рекламы пива на телевидении и на улицах, "народных" фильмов вроде "Брат" и т.п.
"Пиво в подъездах" - это результат ограниченности "свободы выбора" для подавляющего большинства населения.
Конечно, пролетарий имеет выбор, купить себе банку пива и сигареты или сыр своему ребенку. Но не меньший выбор он имел и в условиях плановой социалистической экономики. А если вспомнить еще и о том, что советские рабочие не находились под отупляющим воздействием потребительской рекламы, то их "свобода выбора" становится еще более явной по сравнению с современным положением.
Конечно, в периоды экономических трудностей в Советском Союзе вводилась карточная система. Но такая же система вводилась и в западных странах. Стоит вспомнить, что после второй мировой войны СССР одним из первых отказался от карточной системы, а вернулся к ней - в конце 80-х годов вследствие рыночных реформ и разрушения плановой системы хозяйствования. Да и тогда потребитель был свободен - купить "с рук" подороже (но все равно дешевле, чем сейчас) или по талонам - подешевле.
В развитых странах Запада экономическое положение пролетариата относительно лучше положения российского и, тем более, узбекского. Это дает либералам возможность утверждать о преимуществах рынка вообще и о рыночной свободе выбора в частности. Однако есть несколько больших "но":
Во-первых: строить доказательства исключительно на примере сытого Запада абсурдно. Современный рынок является интернациональным явлением, и богатство Запада не в последнюю очередь обеспечивается нищетой третьего мира, в том числе - нищетой российских, узбекских и прочих пролетариев. И в Штатах, и в России, и в Узбекистане экономика построена на рыночных отношениях и именно благодаря этим отношениям существует резкое неравенство, как между отдельными слоями населения этих стран, так и между самими странами.
Во-вторых: при внимательном рассмотрении западное общество оказывается отнюдь не таким свободным, как его рисуют наши доморощенные рыночники. Вот что пишет об этом обществе Герберт Маркузе в своей книге "Одномерный человек": "Отличительной чертой развитого индустриального общества является успешное удушение тех потребностей, которые требуют освобождения - в том числе от такого притеснения, которое вполне терпимо или даже сулит вознаграждение и удобства, тем самым, поддерживая деструктивную силу и репрессивную функцию общества изобилия. Такое управление обществом стимулирует неутолимую потребность в производстве и потреблении отходов, потребность в отупляющей работе там, где в ней больше нет реальной необходимости, потребность в релаксации, смягчающей и продлевающей это отупление, потребность в поддержании таких обманчивых прав и свобод, как свободная конкуренция при регулируемых ценах, свободная пресса, подвергающая цензуре самое себя, свободный выбор между равноценными торговыми марками и ничтожной товарной мелочью при глобальном наступлении на потребителя".
В-третьих. Наибольшим относительным благосостоянием пользуется пролетариат тех стран, в которых государство наиболее активно вмешивается в экономическую жизнь (пример - Швеция). Это благосостояние обеспечивается НЕРЫНОЧНЫМИ средствами - средствами государственного регулирования.
В-четвертых. СНГ удобно для сравнения "план-рынок", так как здесь существовали и план, и рынок в одних и тех же культурных, климатических и т.п. условиях. Здесь люди на собственной шкуре испытали и то и другое. Они в состоянии оценить и то и другое.
Все вышесказанное позволяет нам сделать вывод что, "свобода выбора" как "плюс рынка" существует для буржуазии, но отсутствует для класса пролетариев - для громадного большинства рыночного капиталистического общества. А так как это общество постоянно пополняет и пополняет пролетарский класс, то рассматриваемый "плюс" исчезает для всё большей и большей части человечества. Свобода выбора становится достоянием сравнительно малой кучки богатеев и условием этой свободы является несвобода большинства населения.
Буржуазия считает такое положение вполне справедливым. По ее мнению "неконкурентные слои населения (т.е. пролетарии) не имеют права, на какие либо льготы по отношению к способным выживать". Коммунисты совершенно несогласны с таким положением вещей, не считают "свободу выбора" плюсом рынка и выступают за ликвидацию рынка и рыночной "свободы", так как никто не должен иметь права выживать за счет народной нищеты. Только при коммунизме возможна наиболее полная свобода выбора для всех и каждого. Позитивную программу ее реализации можно найти в авторской статье "Штрихи к портрету коммунизма".
Д. Левый, 12.11.2005
http://www.uz-left.narod.ru